Тучи неслись очень низко. Так низко, что почти касались крыш девятиэтажных домов. В одном из окон, на четвертом этаже, Он увидел солнце. Оно спряталось от ненастья в этой квартире и, сейчас, находилось у окна, боязливо смотря на небо. Тучи его увидели и, прорвав ледяную гладь окна, исчезли в убежище.
Он сделал шаг.
Ветер стал сильнее и напористее. Сильным порывом он сбил Его с ног на колени. "Молись!" - донеслось со всех сторон. Он обернулся. "Молись!" - прогремел голос. И, вновь, рывок ветра, своими огромными ручищами, чуть не опрокинул Его на спину.
С дерева спрыгнула черная худая кошка и величаво, не спеша направилась в сторону арки дома. Он поспешил за ней и, войдя в арку, очутился внутри церкви. Образа грозно смотрели на Него со стен, угнетая своим величием. В подсвечниках загорелись свечи и в воздухе запахло расплавленным воском. Из глубины зала донеслись церковные пения, но тут же растворились под куполом, где был изображен лик Бога - седого старика в белых, древних одеждах, летящего по треснувшему небу.
Кошка запрыгнула на алтарь, вытянула вперед лапы и грациозно прогнула спину, не обращая на Него никакого внимания.
- Молись! - сказала она в пустоту.
Он вышел на середину зала. Вся жизнь пронеслась перед Ним в одно мгновение и закончилась этим местом.
- Нет! - крикнул Он.
- Виновен... - голос эхом отразился от стен.
- Нет! - он зажал голову между руками, как будто она могла расколоться. - Нет...
Раздался гром и со стен посыпалась штукатурка, рассыпая лики святых. Еще один раскат грома и все начало рушиться.
Он сделал шаг.
Он сделал шаг.
Ветер стал сильнее и напористее. Сильным порывом он сбил Его с ног на колени. "Молись!" - донеслось со всех сторон. Он обернулся. "Молись!" - прогремел голос. И, вновь, рывок ветра, своими огромными ручищами, чуть не опрокинул Его на спину.
С дерева спрыгнула черная худая кошка и величаво, не спеша направилась в сторону арки дома. Он поспешил за ней и, войдя в арку, очутился внутри церкви. Образа грозно смотрели на Него со стен, угнетая своим величием. В подсвечниках загорелись свечи и в воздухе запахло расплавленным воском. Из глубины зала донеслись церковные пения, но тут же растворились под куполом, где был изображен лик Бога - седого старика в белых, древних одеждах, летящего по треснувшему небу.
Кошка запрыгнула на алтарь, вытянула вперед лапы и грациозно прогнула спину, не обращая на Него никакого внимания.
- Молись! - сказала она в пустоту.
Он вышел на середину зала. Вся жизнь пронеслась перед Ним в одно мгновение и закончилась этим местом.
- Нет! - крикнул Он.
- Виновен... - голос эхом отразился от стен.
- Нет! - он зажал голову между руками, как будто она могла расколоться. - Нет...
Раздался гром и со стен посыпалась штукатурка, рассыпая лики святых. Еще один раскат грома и все начало рушиться.
Он сделал шаг.